Поле "{field}" пустое или имеет неверный формат.
На сколько месяцев подписка?
Код проверки неверен
НОВЫЕ РЕПРОДУКТИВНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ: МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ
Просмотров
19176

Автор: Людмила Смагина, директор Международного агентства по сопровождению вспомогательных репродуктивных технологий IRTSA

 

Достижения репродуктивной медицины пролжают удивлять мир. Еще совсем недавно диагностирование ВИЧ-инфекции, достижение «нерепродуктивного» возраста женщиной, онкологическое заболевание или смерть одного из супругов могли вынести негативный вердикт мечте иметь ребенка. Но упорная работа ученых и медиков дала шанс реализовать свой родительский инстинкт тем, кто оказался в такой ситуации. Однако отдельные репродуктивные программы, в частности ЭКО после 50-ти, постмортальная репродукция вызывают неоднозначную реакцию в обществе. Но прежде чем осуждать, может, стоит разобраться в тонкостях этой проблемы?

 

 

Репродукция в зрелом возрасте


Возможности современной медицины позволяют успешно пройти репродуктивные программы парам и одиноким людям, перешагнувшим 50-летний рубеж. Рекордсменкой среди «мам в возрасте» считается жительница Индии Раджо Деви, родившая в 70 лет. В течение 55 лет Раджо лечилась от бесплодия, и только 2 года назад после эмбриотрансфера в одной из индийских клиник, ее мечта осуществилась. Женщина родила здоровую девочку, и врачи не выявили никаких проблем ни у роженицы, ни у новорожденной.


Не менее отважной является индианка Омкари Панвар, которая практически в таком же возрасте смогла выносить и родить двойню. Гражданка Испании Мария Кармен дель Бусада решилась на такой шаг в 66 лет, обманув врачей, что ей 55. Румынка Адриана Иллиеску, которая лечилась до этого десять лет, родила в 66. На постсоветских просторах лидирует россиянка Раиса Ахмадеева, которая в 56 лет во время беременности чувствовала себя так хорошо, что намеревалась родить естественным путем, но в итоге врачи уговорили ее сделать кесарево.


Однако многим женщинам в возрасте приходится обращаться в репродуктивные клиники, находящиеся за пределами страны, как это, к примеру, произошло с Элиасой Карама (62 года) из Германии или с британкой Элизабет Адани (66 лет). Последняя прошла программу экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) с использованием донорской яйцеклетки в одном из киевских медицинских центров. На родине Элизабет из-за ее возраста запретили не только проведение ЭКО, но и усыновление.


Такой репродуктивный туризм становится популярным среди пожилых пар или одиноких женщин, прежде всего, из-за нелояльного законодательства многих стран Западной Европы, устанавливающего строгие возрастные ограничения для участия в программах ЭКО не только для женщин, но и для мужчин.


Большинство европейских репродуктивных клиник отказываются предоставлять свои услуги женщинам, возраст которых старше 40-ка.

Ниже указаны сравнительные данные по такому «возрастному лимиту»:

 

Возрастные ограничения в следующих странах:
 

США, в зависимости от штата: от 39 до 55 лет

 

Исландия, 42 года (45 лет в отдельных случаях)
 

Австралия, 35,5 лет (без донорской яйцеклетки) 40,5 лет (с донорской яйцеклеткой)

 

Италия, наступление менопаузы
 

Великобритания, 50 лет Нидерланды 40 лет (42 года в отдельных случаях)
 

Венгрия, 45 лет Норвегия 38 лет

Германия, наступление менопаузы

 

Швеция, 35 лет (37 лет в отдельных случаях)
 

Греция, 50 лет Турция 40 лет
 

Дания, 45 лет Чехия 45 лет

 

Из приведенных данных видно, что на Европейском континенте самые лояльные — Великобритания и Греция, где возрастной лимит ЭКО заканчивается до 50 лет. Австралия, в свою очередь, законодательно разделяет женщин, предоставляющих свою яйцеклетку для искусственного оплодотворения (до 35,5 лет), и тех, кто прибегает к донации (40,5 лет). Даже в некоторых штатах США репродуктологи отказывают пациенткам старше 39 лет, хотя большинство клиник США все же предоставляют такое право женщинам до 55 лет.


В Украине подобных ограничений по возрасту пока не существует. Согласно статье 281 Гражданского Кодекса Украины совершеннолетние женщина и/или мужчина имеют право по медицинским показаниям на проведение в отношении их лечебных программ вспомогательных репродуктивных технологий согласно порядку и условиям, установленным законодательством.


Пункт 7 приказа Министерства здравоохранения Украины № 771 от 23 декабря 2008 г. (далее — Приказ № 771) устанавливает, что совершеннолетние женщина и/или мужчина имеют право по медицинским показаниям на проведение в отношении их лечебных программ вспомогательных репродуктивных технологий. К тому же статья 49 Семейного Кодекса Украины гарантирует каждой женщине право на материнство.


Согласно указанному Приказу № 771 основными требованиями для участия в программах ЭКО являются удовлетворительные медицинские показатели, которые определяются состоянием соматического и психического здоровья, результатами гормонального и медико-генетического обследования, отсутствием противопоказаний к вынашиванию беременности и рождению ребенка.


Несколько дискриминационная политика ряда стран в отношении репродуктивных возможностей женщин по сравнению с мужчинами обусловлена объективными биологическими факторами. Известно, что женщины, в отличие от мужчин, рождаются с определенным количеством половых клеток, в то время как мужской генетический материал обновляется каждые три месяца. Именно поэтому медики утверждают, что «у спермы нет возраста», а резерв женских яйцеклеток истощается по достижению определенного возраста.


На сегодняшний день существует тест на определение функционального резерва яичников (EFORT). Он заключается в том, что пациентка два раза сдает кровь на содержание определенных гормонов (ингибин В, антимюллеров гормон, лютенизирующий гормон, фолликулостимулирующий гормон). После забора крови вводят дозу фолликулостимулирующего гормона. Второй раз кровь сдают через 24 часа, после чего измеряется уровень ингибина В (белковый гормон) и АМГ (антимюллеров гормон). В норме уровень первого через 24 часа должен повышаться, а второго снижаться. Таким образом происходит измерение физиологического ответа яичников на введение фолликулостимулирующего гормона. Основный смысл проведения EFORT состоит в том, что он позволяет определить показания к ЭКО с донорской яйцеклеткой, а также риск наступления преждевременной менопаузы.


Следует отметить, что наиболее серьезным недостатком такого анализа является то, что он определяет только количество яйцеклеток, а не их качество. Давно установлено — чем дольше яйцеклетки находятся в яичнике, тем больше вероятности развития у них хромосомных аномалий. Если оплодотворить такую яйцеклетку, то существует большой риск самопроизвольного аборта. Конечно, не все подобные беременности приводят к таким последствиям, однако шансы на успешное родоразрешение для женщины в зрелом возрасте серьезно ограничены. Также нужно быть готовым и к другим неприятным сюрпризам — ребенок может родиться умственно или физически неполноценным, в т.ч. с синдромом Дауна.


Длительное время факторы «старения» яйцеклетки и «старения» матки женщины никак не разделялись. Но с внедрением в репродуктивную медицину программ донации яйцеклеток картина изменилась кардинальным образом. После проведения американскими специалистами многочисленных исследований на предмет взаимозависимости старения яйцеклеток и матки, они пришли к интересным выводам. Если верить тому, что матка женщины с годами утрачивает способность вынашивания ребенка, то и половые клетки молодой женщины не могут увеличить шансы на беременность. Однако выяснилось, что с использованием донорской яйцеклетки (доноры — женщины в возрасте до 35 лет) вероятность наступления беременности у женщин в возрасте увеличивается в разы. Фактически, донорские программы обеспечивают наивысшие показатели получения беременности, по сравнению с любой другой программой по лечению бесплодия. Иными словами, снижение фертильности женщины обуславливается истощением фолликулярного резерва и ухудшением качества яйцеклетки, в то время как матка еще способна вынашивать плод. Получается, что выносить и родить может даже женщина, у которой наступила менопауза.


Еще одним вариантом решения репродуктивной проблемы для женщин в возрасте является криоконсервация яйцеклетки в молодые годы. С 1986 года, когда в результате ЭКО с использованием замороженных ооцитов была получена первая беременность, технология заморозки этого генетического материала значительно улучшилась. Для осуществления этой процедуры ранее использовалась технология медленной заморозки, предусматривающая более низкую концентрацию реагентов во избежание потенциального повреждения яйцеклетки во время процесса заморозки. Однако практика показала, что к ооцитам нельзя применять ту же процедуру криоконсервации – оттаивания, что и к эмбрионам, поскольку во время образования кристаллов льда в процессе охлаждения происходят серьезные повреждения мембран и цитоплазматических структур яйцеклеток. Новая технология — витрификация, т.е. быстрая заморозка, использует более сильную концентрацию реагентов, которые обеспечивают выживаемость большого количества замороженных яйцеклеток, что, в свою очередь, позволяет оплодотворить их после оттаивания. В результате витрификации вещество переходит в аморфное состояние без образования кристаллов вследствие очень быстрого охлаждения или нагревания.


В целом пока нельзя утверждать, что технология криоконсервации женских половых клеток всегда дает высокий результат. Поэтому британские репродуктологи для повышения эффективности такой процедуры рекомендуют использовать зрелые яйцеклетки и применять технологию интрацитоплазматической инъекции сперматозоида в яйцеклетку (ИКСИ). Сегодня витрификация — это выход не только для немолодых будущих мам, но и для женщин с бесплодием, приобретенным в результате серьезных оперативных вмешательств или химиотерапии.


На сегодняшний день в мире существует всего лишь несколько банков криоконсервированных ооцитов (большинство в США и Японии). Развитие этого направления позволит в будущем замораживать, накапливать и хранить донорские яйцеклетки, значительно упрощая проведение программ ЭКО.


Эффективность программ с использованием донорской или витрифицированной молодой яйцеклетки самой женщины доказывают, что с медицинской точки зрения возраст больше не является обоснованной причиной отказа женщине в ЭКО. По нашему мнению, работая с пациенткой нерепродуктивного возраста, репродуктологи должны руководствоваться индивидуальным подходом, учитывая все шансы и риски. Шансы значительно увеличиваются при соблюдении технологии культивирования эмбриона, предимплантационной генетической диагностике, переносу эмбриона в стадии бластоцисты и селективной редукции (что позволяет уменьшить количество прикрепившихся эмбрионов).


Таким образом, можно сделать вывод, что проблема «отсроченного материнства» больше не находится в медицинской плоскости. В ее основе скорее заложен социальный протест общества, которое не готово принимать «великовозрастную» маму. Зачастую осуждение таких женщин обусловлено непониманием того, почему они не приняли решение о рождении ребенка еще в репродуктивном возрасте.

 

ВИЧ-инфицированные родители


После изобретения антиретровирусной терапии ВИЧ-инфицированные люди могут длительное время вести активный образ жизни. Естественно, многие из них задумываются и о детях. Современная репродуктивная медицина не оставила без внимания и эту категорию пациентов. Причем сегодня реализовать мечту о потомстве могут не только ВИЧ-положительные дискордантные пары (заражен один партнер), но и конкордантные пары (заражены оба партнера).


В случае с инфицированным мужчиной самым безопасным методом является инсеминация или ЭКО с использованием донорской спермы. Но здесь существует проблема законодательного ограничения таких практик во многих европейских странах. Кроме того, мужчины зачастую более болезненно, чем женщины, воспринимают отсутствие генетической связи с ребенком. Если рассматривать усыновление как альтернативный вариант, то во многих странах ВИЧ-инфекция одного или обоих супругов значительно усложняет процедуру или даже делает ее абсолютно невозможной.


Другим, как правило, более приемлемым, способом являются различные методики искусственного оплодотворения, применение которых зависит от репродуктивного здоровья пары – это внутриматочная инсеминация (ВМИ), ЭКО или ИКСИ, после которых следует эмбриотрансфер в матку женщины. Последние два метода являются более эффективными, поскольку исключают большой контакт яйцеклетки со спермой.


Особенностью таких репродуктивных программ является использование технологии очищения спермы мужчины. Первые инсеминации, отмытые живыми сперматозоидами, были произведены в 1989 году в Италии и в 1991 году в Германии. С 1991 по 2003 год посредством применения этих методик родилось 500 детей. При этом медицинские учреждения, проводившие процедуру оплодотворения, строго соблюдали технологию очистки спермы с последующим тестированием ее на ВИЧ, в результате чего не было зафиксировано ни одного случая заражения.


Очищение спермы заключается в том, чтобы очистить мужскую половую клетку от вируса, поскольку поражается только поверхность сперматозоида, а не он сам. Фактически, эякулят содержит три составляющие — спермоплазму, ядерные клетки и, собственно, сами сперматозоиды. В результате исследований выяснилось, что вирус «заражает» первые два компонента, а также неподвижные сперматозоиды. У подвижных жизнеспособных сперматозоидов вирус отсутствует. Поэтому главной задачей является выделить такие сперматозоиды. Для этого сперму смешивают со специальным раствором высокой плотности. Затем в целях разделения смеси на три компонента, ее помещают в медицинскую центрифугу, где сперма, семенная жидкость и ядерные клетки образуют три отдельных слоя. После добавляют солевой раствор, в результате чего активные сперматозоиды выводятся на поверхность. Этот верхний слой сперматозоидов забирают для оплодотворения, предварительно тестируя на наличие вируса. Не исключено, что содержание ВИЧ в этом материале может оказаться ниже порога чувствительности. Поэтому гарантировать, что это стопроцентно безопасный метод пока не приходится. Однако специалисты утверждают, что риск заражения в любом случае сведен к минимуму. Еще одним условием безопасности процедуры является минимальная вирусная нагрузка на сперматозоид, т.е. низкий уровень вируса в сперме. Также не рекомендуется криоконсервация, так как у этой группы пациентов и без того страдает качество спермы.


К сожалению, методика очищения спермы доступна далеко не в каждой стране. В Великобритании, к примеру, этим занимается только несколько клиник, Франция недавно законодательно закрепила права ВИЧ-инфицированных на искусственное оплодотворение, то же самое сделали Италия и Испания, в Германии же такая услуга даже включена в медицинские страховки некоторых страховых компаний, в Швеции эти программы полностью контролируются и финансируются государством. Несмотря на то, что в Украине такие процедуры проводятся, но они пока еще не сертифицированы.


Основным вопросом в ситуации с ВИЧ-положительной женщиной является возможное нарушение ее репродуктивной функции. Но если этот фактор исключен, то забеременеть можно, введя сперму партнера в половые пути женщины. Если проблемы с наступлением беременности существуют (по данным последних исследований, у ВИЧ-положительных женщин репродуктивные проблемы встречаются намного чаще, чем у ВИЧ-отрицательных), лучше проводить оплодотворение методом ЭКО или ИКСИ. Таким женщинам рекомендуется также пройти стимуляцию яичников.


В случае с ВИЧ-положительной женщиной речь идет о возможности так называемой вертикальной передачи вируса от матери к ребенку, что возможно во время беременности (через плаценту), родов (при прохождении через родовые пути) и кормления грудью. В 25–40% случаев ВИЧ передается во время гестации. Это происходит из-за незащищенности молочно-плацентарного барьера, в результате чего вирус может проникнуть из крови матери в кровь плода. Риск повышается при наличии прочих половых инфекций, плохого питания, курения, употребления наркотиков. При родах заражение ребенка происходит в 60–75% случаев, когда кровь матери и секрет ее родовых путей попадает на кожу и слизистые оболочки плода, особенно при акушерских вмешательствах.


По данным Всемирной Организации Здравоохранения вероятность вертикальной передачи составляет 20–30%. В условиях специального ухода и кормления молочными смесями этот риск снижается до 2–5%. Менее длительные роды, а также кесарево сечение при родоразрешении также рекомендовано таким роженицам.


Если у беременной выявлен ВИЧ, то ей, а затем и новорожденному, прописывают антиретровирусную терапию. Из-за действия материнских антител у ребенка иногда сложно выявить ВИЧ на ранних стадиях, поэтому тест проводится на 3-м, 9, 12 и 18-м месяцах после рождения ребенка.


Таким образом, успешный исход такой программы зависит от трех факторов: антиретровирусная терапия, плановое кесарево сечение и искусственное вскармливание.


Однако подобные медицинские услуги тоже непросто получить. Многие медицинские центры Европы предоставляют услуги искусственного оплодотворения для пар, в которых инфицирован мужчина, но вот ВИЧ-положительная женщина далеко не всегда может получить помощь в клинике репродукции. Особые сложности возникают, конечно же, у конкордантных пар.


Несмотря на такие успешные показатели репродуктологов многих стран останавливает то, что ни технология очистки спермы, ни тщательный уход за ВИЧ-положительной беременной не могут гарантировать полную безопасность. Потенциальных родителей смущает дороговизна процедуры.


Особо следует отметить этические, психологические и социальные аспекты проведения и последствия таких репродуктивных программ. Многие люди спрашивают, как будет отражаться на ребенке проживание с одним или двумя ВИЧ-положительными родителями? Несомненно, такие пары будут очень осторожны и в быту, пытаясь любым способом избежать заражения ребенка.


Постмортальная репродукция


Вне всякого сомнения, аспекты постморальной или посмертной репродукции являются сегодня едва ли не самыми неурегулированным и противоречивыми в репродукции как с юридической, так и с этической точки зрения. Однако программы ВРТ с целью рождения детей после смерти их биологических родителей в последнее время перестают считаться чем-то фантастическим.


В результате увеличения количества природных катаклизмов, онкологических заболеваний, смертности в зоне боевых действий родственники и супруги погибших все чаще обращаются к врачам с просьбой «сотворить» новую жизнь, посмертно использовав генетический материал близкого им человека. Понятно, что при принятии такого решения должны учитываться интересы всех сторон: умершего родителя (родителей), стороны, инициирующей проведение протокола ВРТ (супруг/супруга, родители или близкие родственники умершего) и будущего ребенка.


На сегодняшний день существует несколько вариантов осуществления посмертной репродукции: использование криоконсервированной спермы (или яйцеклетки), взятой при жизни человека или перенос ранее замороженных эмбрионов, а также совсем новое направление — посмертное извлечение спермы умершего мужчины.


Если с первыми двумя методиками все понятно, то посмертное получение спермы вызывает огромное количество медицинских вопросов на предмет возможности изъятия спермы. Прежде всего, это возможно методом электроэякуляции, который стимулирует эякуляторный механизм умершего мужчины. Здесь используются технологии TESE (извлечение сперматозоидов из тестикулярной ткани), PESA (перкутанная, т.е. через кожу, забор сперматозоидов из придатка яичка) и ТESА (перкутанная аспирация сперматозоидов из ткани яичка.). Помимо этого для получения спермы могут быть посмертно удалены яички мужчины. Независимо от вида применения методики забор спермы должен быть произведен в течение 24–36 часов после смерти мужчины, сразу после чего сперму криоконсервируют для дальнейшего использования в протоколе ВРТ.


Первый случай беременности после посмертного оплодотворения произошел в Британии в 1997 году. Супруга мужчины, умершего в результате менингита, попросила врачей осуществить забор его спермы, пока муж был в коме. Однако суд запретил женщине не только использовать сперму супруга без его предварительного согласия, но и вывезти материал в Бельгию, где такие процедуры не запрещены. Только после апелляции в Британский Аппеляционный Суд, женщина получила право транспортировать сперму мужа в Бельгию, и через 4 года после его смерти родила здорового мальчика.
Что касается таких же программ с яйцеклеткой, то здесь все сложнее, так как заморозить сперму гораздо проще, нежели яйцеклетку. Однако и такие случаи возможны.


В 1999 году 21-летняя женщина попросила осуществить забор яйцеклетки у ее 19-летней сестры, мозг которой умер после автокатастрофы, для их криоконсервации и последующего зачатия ребенка. Специалисты Вашингтонского университета выполнили ее просьбу.


В июне 2010 в администрацию одного из госпиталей Бостона обратились родственники пациентки, находящейся в глубокой коме. Ее семья просила изъять биоматериал у женщины в целях зачатия ребенка. Тридцатишестилетняя женщина, легкие которой были поражены эмболией, не подавала никаких признаков жизни, но еще была жива. Американские врачи, много раз проводившие изъятие спермы и ВРТ-программы для жен умерших мужей, с возможностью постмортального изъятия яйцеклетки (тем более забора у еще фактически живого человека) еще не сталкивались. Ситуация также могла осложниться тем, что женщине пришлось бы пройти гормональную стимуляцию. В конечном итоге, взвесив все «за» и «против», врачи были вынуждены отклонить просьбу ее семьи. Причем в этом случае главную роль сыграли не медицинские, а юридические и морально-этические факторы. Не было подтверждений наличия согласия пациентки на такую процедуру. Она длительное время принимала контрацептивы и не хотела иметь детей.


В некоторых странах (например, США и Израиль) для военнослужащих теперь стало нормой сдавать сперму перед поездкой в «горячие точки». Так произошло с сержантом Сазерлендом перед отъездом в Ирак. Он намеревался после войны зачать ребенка со своей женой Марией, однако был убит в 2005 году. Через полгода его жена участвовала в программе ЭКО и вскоре родила мальчика.


Но сперма погибшего мужчины не всегда может быть использована только вдовой. Недавно суд Израиля вынес решение о том, что родители погибшего солдата могут воспользоваться спермой своего сына для оплодотворения женщины, с которой он даже не был знаком, т.е. суррогатной матери. В том же Израиле сдача биоматериала перед прохождением химиотерапии является законодательно установленным требованием.


Посмертные репродуктивные программы стали возможны даже в ортодоксальном Иране. В 2006 году было зафиксировано два случая обращения в Иранский суд по вопросам постмортальной репродукции. В первом случае отец умершего мужчины просил разрешить суд осуществить эмбриотрансфер в матку суррогатной матери двух криоконсервированных эмбрионов его сына. Во втором случае жена пациента, которому оставались считанные месяцы жизни, хотела получить возможность вынашивать замороженные эмбрионы. Однако до смерти мужчины удалось получить его согласие на эту процедуру, что значительно упростило рассмотрение дела судом. Оба иска были удовлетворены.


В 1994 году американские граждане Марио и Эльза Риос погибли в автокатастрофе. Их криоконсервированные эмбрионы хранились в банке, и родственники умерших приняли решение перенести эмбрионы в организм суррогатной матери, но калифорнийский суд постановил, что такие дети не будут считаться детьми погибшей пары по закону и не могут наследовать их богатство ввиду отсутствия информированного письменного согласия пары.


На практике вопросы посмертной репродукции нередко заходят именно в юридический тупик. Родственникам сложно доказать, что пациент дал согласие на использование его половых клеток или эмбрионов после смерти. Понятно, что когда речь идет об онкологическом заболевании или участии в боевых действиях, человек, осведомленный о возможном летальном исходе, может специально заранее подготовить такой документ. Но когда смерть наступает внезапно, очень сложно доказать, что при жизни человек думал о зачатии детей после смерти. Интересно, что даже при хранении материала в крио-банке, когда желание человека зачать ребенка очевидно, в судах этот факт не рассматривается как доказательство, поскольку законы большинства стран все равно требуют письменного согласия умершего на такие программы.


В 1993 году в США имел место случай: перед совершением самоубийства американский адвокат поместил в крио-банк свою сперму и оставил завещание, в котором разрешил своей невесте использовать его биоматериал для рождения ребенка. Его взрослые дети всячески противостояли этому, но, в конце концов, Апелляционный суд Калифорнии признал, что человек вправе по своему усмотрению определять судьбу своих половых клеток, и женщина смогла использовать его сперму для оплодотворения.


Несмотря на практику проведения подобных программ четкого их урегулирования пока не существует. Под вопросом остается и порядок регистрации таких детей, а также защита их имущественных прав.


Некоторые страны запрещают посмертное использование гамет независимо от воли умершего. К ним относятся Германия, Швеция, Канада, Франция и некоторые штаты Австралии. Израиль, к примеру, разрешает имплантацию эмбрионов в матку супруги в течение года после смерти мужа даже без его предварительного согласия. Однако в случае смерти жены эмбрионы не могут быть использованы. Великобритания требует письменного согласия умершего, а США и Бельгия разрешают проведение таких программ даже без его согласия. Испанское законодательство также требует предварительного волеизъявления на этот счет и приравнивает детей, рожденных в результате оплодотворения через 6 месяцев с момента смерти супруга, к детям, рожденным после его смерти.


Россия устанавливает 300-дневнй срок для признания таких детей детьми умершего. Пункт 13 главы 3 приказа Министерства юстиции Украины № 140/5 от 18.11.2003 «О внесении изменений и дополнений в Правила регистрации актов гражданского состояния в Украине» Украины определяет, что если ребенок рожден в течении десяти месяцев со дня прекращения брака в результате смерти супруга, происхождение ребенка от отца может быть установлено по совместному заявлению матери и мужчины, который считает себя отцом».


Согласно пункту 1 статьи 130 Семейного Кодекса Украины в случае смерти мужчины, который не находился в браке с матерью ребенка, факт его отцовства может быть установлен по решению суда.


Пунктом 1 статьи 137 определено, что если тот, кто записан отцом ребенка, умер до рождения ребенка, оспорить его отцовство имеют право его наследники, при условии подачи им при жизни нотариусу заявления о непризнании своего отцовства». Таким образом, рождение ребенка по прошествии значительного срока после смерти отца, ставит под сомнение его происхождение от умершего.


Хотя в большинстве стран мира законодательно установлены временные сроки, в течение которых может быть осуществлена посмертная репродукция, психологи утверждают, что такие программы лучше проводить через 6-12 месяцев после смерти близкого человека. Это позволяет пережить период утраты, не принимать скоропалительных решений и утвердиться в своем намерении иметь такого ребенка или отказаться от него. Такое желание часто продиктовано именно состоянием эмоциональной нестабильности и шока, в котором пребывает родственник умершего.

 

Добавить комментарий

Facebook
Пользователи

Комментарии | 0

Подписка на новости
Подпишись на рассылку новости по e-mail
Интервью
Олег Ковригин
«Британский офтальмологический центр»: международный опыт для украинских пациентов